Вспоминая Италию

В этом году на семейном совете решили снова провести отпуск в Италии. Тем более, что внучка подросла, и очень хотела узнать, что же это на самом деле такое – синее-синее море. План поездки выбрали следующий:- Прага — Сан-Марино – Амальфи – Помпеи – Сан-Менаио – Венеция – Прага. В каждой из остановок была своя изюминка.

В Сан-Марино дух захватывало от возможности лицезреть окрестные пейзажи с высоты орлиного полета.untitled-9081 Любоваться крепостью, воздвигнутой в небесных высях. А когда выяснилось, что в день нашего возможного приезда состоится традиционный карнавал, воссоздающий непередаваемую атмосферу средневековых празднеств, то все сомнения отпали, и остановка на горе Титано заняла свое достойное место на лоции наших странствий по Аппенинам. Чему впоследствии мы были несказанно рады.untitled-9036
Амальфи запомнилось красивейшими видами с очень сложного серпантина автомобильной дороги.Амальфи
Вообще сочетание гор, моря, и леса в придачу, сдобренного ароматами местной кухни и разлитым блаженством сиесты, окутывающим типичные средиземноморские улочки, запоминается навсегда и возвращает в эти богом данные места вновь и вновь.
Помпеи, вслед за Амальфи радовали глаз огромными лимонами, растущими на щедро удобренной пеплом Везувия земле.untitled-9337
Сан-Менаио восхищал необыкновенной красоты видами с нашей, не побоюсь этого слова, огромной террасы, где проходили ежевечерние импровизированные лукулловы пиры с дегустацией всего того, чем так щедр этот край. Вино лилось рекой и в эти потоки вплетались задушевные беседы с самыми близкими мне людьми.untitled-9873
Говорить что-либо о Венеции, после сказанного Пастернаком, Байроном, Бродским, другими гениями пера было бы верхом неосмотрительной глупости, но позволю себе безрассудную смелость заявить, что нигде и никогда мне не было так необыкновенно умиротворено, как на безлюдных улицах чуть тронутой утренним солнцем Венеции. Имея счастье бродить по предрассветной мостовой, я повторял, как заклинание строфы Михаила Штиха:

В закатном море желтый парус
И призраки рыбачьих шхун…
И словно душный женский гарус
Закутал зеркала лагун.

Там, за дворцами, медлит лето,
Но мне дано лишь знать одно –
Что каждый переулок – Лета,
Что все печали и заветы
С гондолы канули на дно.

И небо – только даль простая
Любимой сказки голубей…
В вечернем воздухе растаял
Гортанный говор голубей.

Эти строки могли бы быть эпиграфом к тем нескольким фотографиям, что я осмеливаюсь предложить Читателю в качестве иллюстраций увиденного мною на берегах Гранд-канала…

Leave a comment


+ восемь = 11